Пока любовь не оживит меня - Лина Мур

– Ты закрыть рот можешь? Я повторяю про себя текст, – бубню я.

– Боже, Ред. Заученным фразам она не поверит. Это должно идти от сердца, понимаешь? Только так ты убедишь её в своей любви, – Мэтью поворачивается ко мне, на что я цокаю.

– Я не люблю, и моё сердце – всего лишь орган.

– Снова? Давай начнём с начала, почему мы сейчас сидим в арендованном «Порше» и собираемся ехать на празднование сорокалетия мужа «не твоей женщины».

– Я всё помню. Но произносить это слово не хочу. Это… как тебе объяснить, приторно. Люди слишком часто говорят: «я тебя люблю», «я в тебя влюблён», и другую чушь. Это произнести легче простого, но не хочу даже мысленно повторять эти фразы. Они плоские, не отражают моего состояния и безумия. Так тебе яснее?

– Хорошо, ты сам знаешь, на что клюнет Санта, – с тяжёлым вздохом отворачивается от меня.

– Вот в том-то и дело, я не хочу, чтобы она клюнула, я желаю, чтобы поверила, – тихо отвечаю ему.

Мэтью готовится сказать что-то ещё, но фурия, в лице Рейчел, залетает в салон и плюхается рядом со мной.

– Боже, ты вылила на себя весь флакон духов? – Кривлюсь от приторно-сладкой вони, исходящей от неё.

– Боже, ты снова выпил дозу яда, чтобы подпитать свой и так отвратительный характер? – С сарказмом отбивает моё нападение. Я её терпеть не могу. Не выношу попросту.

– Мне не нужно ничего пить, как только тебя вижу, так тут же заболеваю.

Поворачиваясь к ней, отмечаю, что Джо хорошо постарался. Тёмно-рыжие волосы выпрямлены и уложены в красивые волны. Лицо превратилось в кукольное. Теперь ей даже не дашь и тридцати лет. Но Санта утончённей. Мне нравится её короткая стрижка, открывающая шею для поцелуев. Большие каре-золотистые глаза, наполненные в последний раз омерзением ко мне. Нет, лучше не вспоминать нашу последнюю встречу, от этого внутри ещё мрачнее.

– И вот с этим уродом я должна играть роль влюблённой дуры? Он же провалит всё! – На повышенных тонах возмущается Рейчел.

– Поверь, я тоже не испытываю радости от этих мыслей.

– А ты, вообще, хоть когда-нибудь бываешь рад? Или только хмурый и страшный?

– Для тебя последнее. И рад я буду тогда, когда твоя сестра заменит тебя. С ней намного приятнее молчать, когда ты этого не умеешь.

– А ты…

– Так, закончили, дети, – Мэтью обрывает новую колкую фразу от Рейчел, и она фыркает, поправляя пальто.

– Такими темпами мы не доедем до ресторана, поэтому предлагаю вам обоим закрыть рты и настроиться.

Всего минута проходит, как слышу недовольный и приглушённый голос женщины рядом.

– Не понимаю, что Санта в тебе могла найти? Ты в шрамах, злой и грубый. У тебя член тоже изуродован? Нет… не хочу знать.

– К твоему удивлению, мой член идеален. Ей он нравится, а о твоей оценке никто не спрашивал, – шёпотом отвечаю ей.

– Чем? Что ты такого можешь, раз моя сестра так была тобой увлечена?

– Поправлю тебя, она меня любит. Именно за то, что я такой урод, понятно? Она видит во мне другое. Видела, пока я не причинил ей боль.

– И когда она избавится от Филиппа, я тебя ещё больше изуродую за то, что ты ей причинил.

– Вряд ли у тебя это получится больше, потому что внутри я уже таков.

– Действительно, Санта мне нравится больше вас двоих. С ней спокойно и уютно, а вы, как два ребёнка, не поделившие игрушку, – вставляет Мэтью в нашу перепалку.

– А вот когда она была подростком, то оборвать её было очень сложно, – подхватывает тему Рейчел.

Закатываю глаза и отворачиваюсь к окну. Эту женщину невозможно заткнуть. Она постоянно что-то говорит и не умолкает. От её голоса у меня звенит в ушах. Мне даже уже жаль Джо, но пусть мучается.

– У неё всегда всё было схвачено, и столько знакомых. Она порой даже легко вылезала из самых сложных проблем в школе. Ей все готовы были помочь, потому что она всем нравилась. Буквально всем, и…

– Я сказал, что Санты мне не хватает. И её молчания. Неужели, я намекнул не так прозрачно? – Мэтью взрывается, и я ощущаю, как надавливает на газ.

– Вы все мне противны, – бросает Рейчел и обиженно складывает руки на груди.

Улыбаюсь тому, что не я один устал от неё. Наконец-то, наступает мирная тишина, где мне предстоит сконцентрироваться на предстоящем. Да, меня сложно узнать в таком гриме, но всё же, чувствую себя обнажённым, как будто все знают, кто я такой и что прячу. Это убийственно. Восемнадцать лет заточения по собственному желанию, и сейчас разрушаю эти стены, чтобы спасти из лап ублюдка человека, который мне нужен. Как та же темнота. Как мой огонь. Как тепло. Мне плохо без неё, мне некомфортно внутри, а ещё большую тяжесть добавляет раскаяние. Действительно, странно, что я не заметил, как отдалился от двух женщин, полностью втянувшись в мир Санты. Признаю, что я был у них в домике, планировал предаться похоти, но ушёл. Это произошло в тот момент, когда она сыграла на моём недоверии. Я решил, что пусть так всё и останется, но жажда большего, чего-то недосягаемого, повелевала мной.

«Любимый».

Меня это так злило, так раздражало в тот момент. А сейчас я готов за это слово умереть. Готов превратиться в любого человека, только бы простила и не погубила сама себя. Пусть потом не захочет видеть, но я буду знать, что успел, что мир не лишился её искр. Я не прощу себе этого.

– Так, подъезжаем. Вы готовы? – Мэтью замедляет ход.

– Признаюсь, я боюсь, – тихо произносит Рейчел.

– Я буду с тобой. И хоть всё это демонстрирует другим дряхлость, но я смогу защитить и тебя, – поворачиваюсь к ней. Натягивает улыбку и кивает.

– Знаешь, наверное, это самое необычное, что происходило со мной. И я могу первый раз в жизни доказать, как люблю её. Я вытерплю тебя, обещаю.

– Я постараюсь быть терпимей, – киваю ей, заключая перемирие.

– Удачи вам. Буду ждать вас на парковке. Если что-то пойдёт не так…

– То взорвать всё к чёртовой матери. Пошли, Рейчел, пора начинать, – обрывая раздражённо Мэтью, выхожу из машины и резво направляюсь к двери Рейчел. Открываю её и помогаю выйти.

– Не забывай, сколько тебе лет. Не носись под дождём, как кабан, – шипит она.

– А ты веди себя, не как девочка из «секса по телефону».

– Я тебя ненавижу.

– Ты вынуждаешь меня испытывать то же самое, – дёргаю её за руку и кладу на сгиб своего локтя.

– Целовать я тебя не буду, – категорично шепчет она.

– Уж сделай одолжение.

Мы подходим к организатору и охране, Рейчел называет своё имя, и её проверяют по списку. Кивая нам, пропускают.

Сглатываю от липкого неприятного пота, покрывающего спину. Сколько людей. И они смотрят на нас. Они наблюдают, как мы медленно идём, чтобы сдать верхнюю одежду. Хочется прикрыть лицо, спрятать его, и я непроизвольно дотрагиваюсь до щеки, ощущая, только бороду. Кажется, я преувеличил свои возможности. А мы ещё и в зал не прошли.